February 15th, 2012

Удобные и креативные барные стулья.

Часто в баре,кофейне приходится испытывать определённое неудобство из-за того,что не знаешь, куда пристроить сумку.Мужчинам в этом отношении проще-портмоне,даже самое толстое умещается в карман.   Дизайнер Александр Reignier решил эту проблему просто и элегантно.Он сделал барный стул двойным.Верхняя часть представляет из себя мягкое кожаное сидение,а под ним удобная полочка для сумки или лёгкой куртки.
 
  Для любителей сидеть за столиком дизайнер предлжил удобные,по его мнению, табуреты.











promo lupersolski february 2, 2013 11:50 9
Buy for 30 tokens
Когда-то Жорж Санд, говоря о противоречивой натуре своего соотечественника, очень точно подметила: «Никогда это сердце не испытывало жара благородного деяния, никогда честная мысль не проходила через эту трудолюбивую голову. Он — такая редкостная чудовищность, что род человеческий,…

Следы исчезнут поколений, Но жив талант, бессмертен гений.М.И.Глинка.



"...Можно соединять требования искусства с требованиями века...и писать пьесы,равно докладные и знатокам,и простой публике..."


Трудно сказать,какой была бы русская музыка без Глинки,без его "Комаринской",без "Руслана и Людмилы",без "Ивана Сусанина",в конце концов без "Я помню чудное мнгновенье".Он был не просто гениальным композитором,но и учителем,точкой отсчёта для многих и многих музыкантов,что составили гордость русской композиторской школы.Как Пушкин "наше всё" в литературе,так и Глинка "наше всё" в музыке.

Репин,М.И. Глинка пишет оперу «Руслан и Людмила»


Его обожали и ценили современники.Близкие друзья экспмромтом сочинили канон в честь М.И.Глинки.


Написано на обеде, данном 13 декабря 1836 г. по поводу первого представления оперы›«Жизнь за царя» («Иван Сусанин»). Первая строфа писана М. Ю. Виельгорским, вторая — Вяземским, третья — Жуковским, четвертая — Пушкиным. С нотами (музыки В. Ф. Одоевского и М. Ю. Виельгорского) «Канон» был издан в том же месяце (декабрь 1836 г.).

Пой в восторге, русский хор,
Вышла новая новинка.
Веселися, Русь! наш Глинка —
Уж не Глинка, а фарфор!

За прекрасную новинку
Славить будет глас молвы
Нашего Орфея Глинку
От Неглинной до Невы.

В честь толь славныя новинки
Грянь, труба и барабан,
Выпьем за здоровье Глинки
Мы глинтвеину стакан.

Слушая сию новинку,
Зависть, злобой омрачась,
Пусть скрежещет, но уж Глинку
Затоптать не может в грязь

Пётр Ильич Чайковский осознавал свое "происхождение" от Глинки: "Аз ... есмь порождение Глинки". Из дневника Чайковского (запись 27 июня 1888) "...Небывалое, изумительное явление в сфере искусства. ... На 34 году жизни ставит оперу, по гениальности, размаху, новизне и безупречности техники стоящую наряду с самым великим и глубоким, что есть в искусстве. ... Глинка вдруг, одним шагом стал наряду (да! наряду!) с Моцартом, с Бетховеном и с кем угодно. Это можно без всякого преувеличения сказать про человека, создавшего "Славься"!... Наверное, никто более меня не ценит и не любит музыку Глинки... Не меньшее проявление необычайной гениальности есть "Камаринская"... Почти пятьдесят лет прошло: русских симфонических сочинений написано много, можно сказать, что имеется настоящая русская симфоническая школа. И что же? Вся она в "Камаринской", подобно тому, как дуб весь в желуде! И долго из этого богатого источника будут черпать русские авторы, ибо нужно много времени и много сил, чтобы исчерпать все это богатство".